Право на жизнь предполагает

Найдено 6 определений термина ПРАВО НА ЖИЗНЬ

ПРАВО НА ЖИЗНЬ

одно из основных прав граждан, закрепленное в ст. 20 Конституции РФ. Она гласит: каждый имеет право на жизнь. Смертная казнь — впредь до ее отмены — может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.(С. А.)

Право на жизнь

Каждый человек обладает прирожденным правом на жизнь. Это право защищается законом. Никто не может быть произвольно лишен жизни. Право на жизнь является одним из высших прав, которое нельзя умалить даже в условиях чрезвычайного положения, когда существует угроза жизни всей нации. Право на жизнь и право не быть произвольно ее лишенным часто нарушаются. Международный пакт о гражданских и политических правах не налагает обязательства отмены смертной казни на страны-участницы, но ограничивает ее применение исключительно по отношению к совершившим наиболее тяжкие преступления, в соответствии с национальным законом и нормами международного права. Смертная казнь не применяется к лицам моложе 18 лет и беременным женщинам. Лишение жизни членов определенной группы в широких масштабах может быть приравнено к геноциду, который запрещен международным правом.

ПРАВО НА ЖИЗНЬ

одно из основных прав человека, защищаемое международным правом и конституциями большинства демократических стран, в т. ч. РФ. П. на ж. корреспондирует обязанность государства всемерно охранять человеческую жизнь от любых противоправных посягательств и иных угроз, обеспечивать правовые, социальные, экономические, экологические и иные условия для нормальной, полноценной и достойной человека жизни. В государствах, где отменена смертная казнь (Австрия, ФРГ, Франция и др.), П. на ж. означает, что ни один человек ни за какие деяния не может быть лишен жизни даже государством. В странах, где существуют различные режимы сохранения смертной казни, под П. на ж. обычно понимается, что ни один человек не может быть лишен жизни без должной правовой процедуры. В некоторых странах расширительное толкование П. на ж. приводит к запрещению, в т. ч. конституционному (Ирландия), производства абортов.

ПРАВО НА ЖИЗНЬ

одно из основных личных прав человека, защищаемое международным правом и конституциями большинства демократических стран. Содержание П. на ж. многогранно и различается в разных государствах. Так, в государствах, где отменена смертная казнь как вид наказания (Австралия, Австрия, ФРГ, Франция и еще более 40 государств), П. на ж. означает, что ни один человек ни за какие деяния не может быть лишен жизни даже государством (абсолютное П. на ж.). В странах, где существуют различные режимы сохранения смертной казни (применение смертной казни, применение смертной казни только в исключительных случаях, отказ от применения смертной казни на практике), под П. на ж. обычно понимается то. что ни один человек не может быть лишен жизни произвольно. без должной правовой процедуры (относительное П. на ж.). В ряде конституций П.на ж. конкретизируется указанием круга преступлений, за которые может быть установлена смертная казнь, круга лиц. к которым наказание в виде смертной казни применяться не может (например, женщины и несовершеннолетние), а также установлением дополнительных процессуальных гарантий в случае угрозы применения смертной казни. Так, конституция РФ, провозглашая П. на ж., оговаривает, что смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей». В некоторых странах расширительное толкование П. на ж. приводит к запрещению, в том числе конституционному (Ирландия), производства абортов.

ПРАВО НА ЖИЗНЬ

одно из основных личных прав человека, защищаемое международным правам и конституциями большинства демократических стран. Содержание П.н.ж. многогранно и различается в разных государствах. Так, в государствах, где отменена смертная казнь (Австралия, Австрия, ФРГ, Франция и еще более сорока государств), П.н.ж. означает, что ни один человек ни за какие деяния не может быть лишен жизни даже государством (т.н. абсолютное П.н.ж.). В государствах, где существуют различные режимы сохранения смертной казни (применение смертной казни, применение смертной казни только в исключительных случаях, отказ от применения смертной казни на практике), под П.н.ж. обычно понимается то, что ни один человек не может быть лишен жизни произвольно, без должной правовой процедуры (т.н. относительное П.н.ж.). В ряде современных конституций П.н.ж. конкретизируется указанием круга преступлений, за которые может быть установлена законом смертная казнь, далее — круга лиц, к которым наказание в виде смертной казни не может применяться (например, женщины и несовершеннолетние), а т.ж. установлением дополнительных процессуальных гарантий в случае угрозы применения смертной казни. Так, ст. 20 Конституции РФ, провозглашая П.н.ж., оговаривает, что «смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей». В некоторых странах (например, в Ирландии) расширительное толкование П.н.ж. приводит к запрещению, в т.ч. конституционному, производства абортов.

ПРАВО НА ЖИЗНЬ

основное, неотъемлемое (принадлежащее от рождения) и неотчуждаемое право, гарантирующее и защищающее одну из основополагающих ценностей личности и общества — человеческую жизнь, недопустимость ее произвольного лишения. П. на ж. — это личное, абсолютное, естественное и неотчуждаемое право каждого человека. Согласно международно-правовым документам, в частности принятой 4 ноября 1950 г. в рамках Совета Европы Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 1 ст. 2), П.на ж. не включает запрещения смертной казни. Указывается лишь, что наказание в виде смертной казни может быть вынесено только на основании закона. Кроме того, Конвенция (п. 2 ст. 2) предусматривает три исключения — случаи лишения жизни человека, которые не рассматриваются как умышленное лишение жизни и как нарушение данной статьи Конвенции, поскольку являются результатом применения силы, не более чем абсолютно необходимой: а) для защиты любого лица от незаконного насилия; б) для осуществления законного ареста или предотвращения побега лица, задержанного на законных основаниях; в) в случае действий, предусмотренных законом, для подавления, в соответствии с законом, бунта или мятежа.

Впервые П. на ж. было закреплено в российской Конституции после принятия Декларации прав и свобод человека и гражданина 22 ноября 1991 г. Юридическое содержание данного права, закрепленного в Конституции (ст. 20), заключается в формуле: «никто не может быть произвольно лишен жизни». Из этой формулы вытекает комплекс обязательств государства по обеспечению права на жизнь. Это прежде всего отказ государства от войны, военных способов разрешения социальных и национальных конфликтов, проведение миролюбивой внешней политики; целенаправленная борьба с преступлениями против личности, незаконным хранением и распространением оружия террористическими организациями и обеспечение всеми его (государства) возможностями безопасной среды существования личности. Важное значение имеют общегосударственные мероприятия в сфере здравоохранения, надлежащее медицинское обслуживание, организация службы скорой помощи, борьба с наркоманией, предупреждение детской смертности, охрана труда, профилактика дорожно-транспортных происшествий, обеспечение пожарной безопасности и др. Обеспечение П. на ж. напрямую связано также с сохранением и восстановлением природной среды обитания человека, охраной животного мира, атмосферного воздуха, иных природных объектов, обеспечением комплекса мер по защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера и др.

С расширением гарантий П. на ж. связаны конкретизирующие нормы Конституции РФ, значительно сужающие возможности применения смертной казни. Эта мера наказания сохраняется временно впредь до ее отмены (ч. 2 ст. 20 Конституции РФ), она может применяться на основании федерального закона лишь в качестве исключительной меры только за особо тяжкие преступления против жизни и предполагает предоставление обвиняемому права на рассмотрение его дела с участием присяжных заседателей. Наказание в виде смертной казни предусмотрено пятью статьями Уголовного кодекса РФ: за убийство (ст. 105); за посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (ст. 277); за посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование (ст. 295); за посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317); за геноцид (ст. 357).

Вступление России в Совет Европы выдвинуло на повестку дня вопрос об отмене смертной казни, так как это прямо предусмотрено Протоколом № 6 от 28 апреля 1983 г. к Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. статья 1 указанного Протокола устанавливает: «Смертная казнь отменяется. Никто не может быть ни приговорен к этому наказанию, ни казнен». Из ст. 2 Протокола № 6 к Конвенции следует, что введение смертной казни разрешается государствам — участникам Конвенции только за преступления, совершенные во время войны либо при неизбежной угрозе войны. Для России условием вступления в Совет Европы является отмена законом смертной казни в течение 3 лет с момента вступления. До принятия такой законодательной нормы Россия обязывается ввести мораторий на исполнение приговоров о смертной казни. На реализацию данного обязательства направлен Указ Президента РФ от 16 мая 1996 г. «О поэтапном сокращении применения смертной казни в связи с вхождением России в Совет Европы». В соответствии с изменениями, внесенными в январе 1998 г. в ст. 184 и 185 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, Президент РФ может помиловать всех без исключения осужденных к смерти, даже если они и не обращаются с просьбой о помиловании. Это означает, что законодательные нормы, связанные с применением смертной казни, перестают действовать. Кроме того, постановление Конституционного Суда РФ от 2 февраля 1999 г. содержит прямое указание о том, что применение смертной казни как вида уголовного наказания возможно только судом присяжных заседателей. Поскольку такие суды созданы лишь в отдельных субъектах РФ, то применение смертной казни и юридически, и фактически невозможно.

Право на жизнь предполагает

1) разрешение на добровольный уход из жизни при помощи эвтаназии;

2) запрещение помилования приговоренных к смертной казни за умышленное убийство;

Смертную казнь в качестве исключительной меры наказания;

4) обязанность государства проводить миролюбивую внешнюю политику.

По Конституции Российской Федерации по общему правилу разбирательство дел во всех судах:

Открытое.

На референдум Российской Федерации может быть вынесен вопрос (о) .

1) введении новой системы налогообложения;

Принятии новой Конституции РФ;

3) отрешении от должности Президента РФ;

4) кандидатуре на должность Председателя Правительства РФ.

Принятое на местном референдуме решение подлежит обязательному исполнению:

1) на территории всего субъекта Федерации;

На территории муниципального образования;

3) только муниципальными органами власти;

4) органами государственной власти субъекта РФ.

Правовой основой земской реформы XIX веке являлось:

1) Положение о губернских учреждениях;

2) Положение об городских и областных учреждениях;

3) Положение о губернских и уездных учреждениях;

4) Положение об районных учреждениях.

Россия была провозглашена федеративным государством:

1) в январе 1918 года;

2) в декабре 1924 года;

3) в октябре 1917 года;

4) в октябре 1905 года.

Общие принципы организации представительных и исполнительных органов государственной власти субъектов РФ установлены:

1) международными договорами Российской Федерации;

2) федеральным конституционным законом;

Федеральным законом;

4) постановлением Правительства РФ.

Под юридическими гарантиями конституционного статуса личности понимают:

1) высокий уровень политической культуры граждан;

2) высокий уровень правовой культуры граждан;

Все правовые средства осуществления и охраны прав и свобод человека и гражданина;

4) растущее число представительней среднего класса.

Основным нормативно-правовым актом, регулирующим внутреннюю организацию деятельности Государственной Думы, является.

1) федеральный закон;

Регламент.

Член Совета Федерации без согласия Совета Федерации может быть:

Подвергнут обыску в случае задержания на месте преступления;

2) привлечен к уголовной ответственности;

3) привлечен к административной ответственности, налагаемой в судебном порядке;

4) подвергнут допросу.

Назначение на должность судей Конституционного Суда РФ Совет Федерации осуществляет по представлению:

1) Генерального прокурора РФ;

2) Верховного Суда РФ;

3) Государственной Думы;

Статья 20 Конституции РФ

1. Каждый имеет право на жизнь.

2. Смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Комментарий к Статье 20 Конституции РФ

1. В Конституции право на жизнь провозглашается первым в числе личных прав и свобод. Право на жизнь, естественно, является необходимым условием всех остальных прав и с этой точки зрения высшей личной ценностью. Однако как таковое оно может существовать и в условиях несвободы, т.е. само по себе не предопределяет неотчуждаемость других естественных прав человека и необходимый в демократическом обществе объем их защиты государством.

1.1. Признание прав и свобод, включая право на жизнь, высшей ценностью содержательно обусловлено тем, что Конституция, являясь по своей природе актом ограничения власти именно в целях обеспечения прав и свобод, исходит из уважения достоинства личности. Как правовая категория достоинство личности в контексте конституционного и международного права, очевидно, не стоит в одном ряду с другими личными правами, а является необходимым условием их реализации и защиты*(172), хотя в конституционном тексте охрана достоинства следует за принципиальным провозглашением права на жизнь. Именно признание достоинства, присущего всем членам человеческого сообщества, является, как говорится в преамбуле Международного пакта о гражданских и политических правах, основой свободы, справедливости и всех неотъемлемых прав человека*(173).

Право на жизнь относится к основным неотчуждаемым, принадлежащим каждому от рождения универсальным правам. В их контексте право на жизнь является для Конституции новым правовым феноменом — оно впервые получило в ней конституционное закрепление.

Исторически право каждого на жизнь как «гарантированный государством запрет произвольно лишать любого человека жизни»*(174), провозглашенное в ч. 1 комментируемой статьи, свидетельствует об адекватной реакции конституционного законодателя на чудовищные злодеяния тоталитарной власти. Его провозглашение в высшем акте государства имеет защитную функцию и должно обеспечивать невозврат к прошлому в трансформационных процессах, их направленность на становление правового государства в соответствии с решимостью конституционного законодателя (ст. 17 Конституции) гарантировать в России основные права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

1.2. Комментируемая конституционная норма по своему смыслу аналогична положению ст. 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод*(175) (далее — Конвенция), согласно которой «право каждого лица на жизнь охраняется законом». Исходя из того, что российская Конституция признает и гарантирует права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, толкование и применение конституционных и конвенционных норм о правах и свободах, в том числе о праве на жизнь, должно соответствовать международно-правовым гуманитарным стандартам. Применительно к названной Конвенции это требует также следования прецедентной практике Европейского Суда по правам человека (далее — ЕСПЧ), который обеспечивает соблюдение обязательств, принятых участниками Конвенции, и является органом, уполномоченным на официальное (судебное) ее толкование (см. комментарий к ч. 1 ст. 17).

1.3. Право на жизнь — как субъективное право каждого — в отличие от других прав, которые согласно Конституции могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это соответствует конституционно значимым целям, таким ограничениям не подлежит. Во-первых, потому, что право на жизнь по своему существу исключает какие-либо формы или степени ограничений, а лишение лица жизни не может быть признано адекватным ни запрету отменять права и свободы человека, ни допустимости только таких ограничений конституционных прав, которые не посягают на само существо права и являются соразмерными (ч. 2 и 3 ст. 55 Конституции)*(176). Во-вторых, сам конституционный текст называет провозглашенное в ст. 20 право на жизнь в числе тех, которые не подлежат ограничению (ч. 3 ст. 56 Конституции). И хотя ст. 56 Конституции в целом формулирует обязательные предпосылки, при которых возможны отдельные ограничения прав и свобод только в условиях чрезвычайного положения, вводимого федеральным конституционным законом, сама по себе норма ч. 3 данной статьи имеет более широкую сферу применения. Последнее вытекает из того, что в указанной норме как не подлежащие ограничению, наряду с правом на жизнь, названы и другие права, которые так же, как право на жизнь, носят абсолютный характер, в частности право на уважение государством достоинства личности, не подлежащее умалению ни по каким основаниям, право на судебную защиту и некоторые другие (ст. 21, 28, 46 Конституции России и др.) — в отношении этих прав невозможны ограничения в соответствии как со ст. 56, так и с ч. 2 и 3 ст. 55 Конституции.

1.4. Право на жизнь предполагает не только непосредственно действующий запрет произвольного лишения жизни государством, а также любыми другими субъектами, но и позитивную ответственность государства за защиту жизни индивида. Эта ответственность, которую несет государство как гарант права на жизнь, определяет смысл и содержание законов, деятельность всех уровней публичной власти и реализуется в правосудии (ст. 18 Конституции). Таким образом, само признание такой ценности в качестве конституционной и отнесенной к высшим ценностям (статья 2 Конституции РФ) диктует максимально широкие контуры государственных обязанностей по защите жизни. В них вписывается обеспечение всей системы конституционных гарантий, в частности путем принятия и исполнения законов, направленных на устранение рисков для жизни, возникающих в связи с любыми, в том числе преступными, посягательствами на нее или вследствие неблагоприятных социально-правовых условий.

Защита государством права на жизнь реализуется в сфере любой государственной компетенции, предполагает исполнение этой обязанности всеми структурами публичной власти, востребует ее контрольные функции по отношению к другим субъектам, если их деятельность связана с угрозами для жизни, и, наконец, имеет безусловный приоритет перед целями защиты самого государства.

Право на жизнь обеспечивается на конституционном уровне запретом подвергать человека пыткам, насилию, жестокому обращению, медицинским опытам, а также социальным обеспечением, правом на охрану здоровья и медицинскую помощь, на благо приятную окружающую среду (см. ст. 21, 39, 41, 42 Конституции).

Уголовным законодательством предусмотрена также ответственность за такие создающие угрозу для жизни деяния, как: терроризм; захват заложника; угон судна воздушного или водного транспорта (см. КВВТ РФ) либо железнодорожного подвижного состава; нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики, при ведении горных, строительных или иных работ, на взрывоопасных объектах; незаконное обращение с радиоактивными материалами; незаконное приобретение, ношение, хранение, сбыт оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств; нарушение санитарно-эпидемиологических правил; сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни и здоровья людей; экологические преступления.

Уголовно-процессуальный кодекс исходит из недопустимости поставления в опасность жизни и здоровья человека при проведении следственных действий и устанавливает в ст. 9 запрет на осуществление в ходе уголовного судопроизводства действий и решений, создающих опасность для жизни и здоровья его участников. Статьей 1 Закона о Полиции защита жизни от преступных посягательств названа в качестве первоочередной задачи органов внутренних дел в сфере охраны прав граждан.

Уголовно-исполнительный кодекс обозначает своей задачей, в числе других, охрану прав осужденных (ст. 1, ч. 2 ст. 10) и создание условий, исключающих какую-либо опасность для их жизни. Статьей 13 УИК РФ провозглашаются право осужденных на личную безопасность и обязанность должностных лиц в случаях, угрожающих личной безопасности осужденных, незамедлительно принять меры по ее обеспечению, что отражает признание Российской Федерацией положительного обязательства властей по осуществлению оперативных мер, направленных на защиту прав лиц, жизнь которых находится в опасности, с целью избежать реального и непосредственного риска для жизни.

Кодекс РФ об административных правонарушениях также содержит ряд норм, направленных на охрану жизни путем установления ответственности за нарушение правил об охране труда, санитарно-противоэпидемических норм, правил хранения и перевозки огнестрельного оружия и боеприпасов и др.

1.6. Правовые запреты, призванные гарантировать право на жизнь, могут оказаться недействующими, если:

а) государство не обеспечивает публичное, основанное на законе преследование за преступное лишение жизни, что требует профессионализма органов расследования и обвинения и связано с совершенствованием их структуры и функций;

б) не предусмотрены, неэффективны или сами по себе представляют опасность для жизни предупредительные и защитные меры, которые в случае возникновения угроз для жизни должны осуществляться исполнительной властью;

в) не установлены процедуры, обеспечивающие ответственность государства, его органов и должностных лиц за повлекшее лишение жизни применение силы, в том числе за несоразмерное ее применение, даже если признается его абсолютная необходимость.

Соответствующие требования к такого рода мерам со стороны государственных структур вытекают из п. 2 ст. 2 Конвенции. Согласно положениям данного пункта отдельные случаи применения силы, связанные с угрозой для жизни или непреднамеренным лишением жизни, не будут рассматриваться как нарушение международных требований обеспечивать защиту права на жизнь при соблюдении следующих «абсолютно необходимых условий» применения таких мер: они могут осуществляться лишь для защиты от незаконного насилия, для задержания или предотвращения побега лица, заключенного под стражу на законных основаниях, для подавления в соответствии с законом бунта и мятежа. Вместе с тем, исходя из этих условий применения силы со стороны государства, необходимо связанного в первую очередь с предотвращением опасности для жизни, такие меры рассматриваются как исключительные и должны отвечать строгим критериям крайней необходимости в демократическом обществе, причем в узком ее истолковании*(177). Сами по себе такие меры не должны быть направлены на лишение жизни, а только на воспрепятствование незаконному насилию, побегу или мятежу и должны быть соразмерными достижению названных целей*(178). Соответственно и согласно одобренному ООН в 1979 г. международному Кодексу поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка применение в этих целях огнестрельного оружия возможно только как «крайняя мера» и только если правонарушитель оказывает вооруженное сопротивление или иным образом ставит под угрозу жизнь других людей при том, что иные меры не могут обеспечить его задержание.

Действующие в России законы «О милиции» (1993 г.), «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» (1992 г.), «Об учреждениях и органах, исполняющих наказания в виде лишения свободы» (1993 г.), «О государственной охране» (1996 г.) также исходят из строго ограниченных возможностей применения силы, связанной с использованием оружия и специальных средств. Это допускается:

а) для защиты граждан от нападения, угрожающего их жизни и здоровью, если другими способами и средствами защитить их невозможно;

б) отражения нападения либо опасности нападения на сотрудников правоохранительных органов, угрожающих их жизни и здоровью, а также для пресечения попыток завладеть их оружием, транспортными средствами и средствами связи;

в) освобождения заложников, пресечения террористических и иных преступных посягательств;

г) задержания преступников, пытающихся скрыться, а также задержания лица, оказывающего вооруженное сопротивление или отказывающегося выполнить законное требование о сдаче оружия, если другими способами подавить сопротивление, задержать лицо или изъять оружие невозможно;

д) пресечения побега задержанных, арестованных, осужденных к лишению свободы и пресечения попыток к освобождению указанных лиц;

е) отражения группового или вооруженного нападения на военные городки, воинские эшелоны, жилища граждан, помещения государственных органов, предприятий и организаций;

ж) подавления сопротивления вооруженных групп.

Этот перечень дается как исчерпывающий.

Однако оценка допустимости (в соответствии с Конвенцией и практикой ЕСПЧ) названных мер, связанных с применением оружия, требует подтверждения не только их законных целей, но и соизмеримости возникающего риска лишения жизни с достигаемым таким образом результатом. Никакой общественный интерес не может оправдать поставление в опасность и тем более лишение жизни лица, не представляющего угрозы для жизни других людей. Нельзя оправдать такие меры, если они применяются для воспрепятствования побегу лиц, не совершивших тяжких преступлений. Право на жизнь утрачивает свой неотчуждаемый характер только в ситуации, когда лицо умышленно посягает на жизнь других и, предотвращая эту опасность, приходится прибегнуть к применению силы.

Эти подходы не могут не признаваться и в случаях, когда проводятся антитеррористические операции. При этом согласно практике ЕСПЧ государство, наряду с контролем за соответствием используемых силовых мер потребностям защиты от противозаконного насилия, должно также уделять внимание расследованию обстоятельств, связанных с подготовкой и проведением операций, чтобы свести к минимуму возможность смертельного исхода в результате применения силы*(179).

В то же время из признания за правом на жизнь и его государственными гарантиями высшего места в иерархии прав и свобод, а также из ст. 18, 46 и 53 Конституции следует обязанность государства обеспечивать судебную защиту от незаконного поставления в опасность права на жизнь, включая гарантии привлечения к ответственности по суду должностных лиц государства за непосредственное применение силы и соответствующие незаконные приказы об этом, а также возмещение вреда, причиненного подобными незаконными действиями (см. п. 5 резолютивной части Постановления КС РФ от 31.07.1995 N 10-П*(180)).

2.1. Часть 2 комментируемой статьи программирует отказ от применения в России смертной казни — этот отказ представлен конституционным законодателем в качестве одной из его целей. Одобренный в 1993 г. текст Конституции исходил из того, что в федеральном законе данная мера наказания может быть установлена лишь на ограниченный период времени — впредь до ее непременной отмены.

Таким образом, в перспективе законодатель был ориентирован на устранение смертной казни из закона и практики. Поэтому нельзя согласиться с мнением о том, что Конституция предопределяет свободу усмотрения для законодателя по поводу сохранения в России такой меры наказания. В момент принятия Конституции были существенно сужены допустимые рамки использования данной исключительной меры наказания: она могла предусматриваться только за особо тяжкие преступления против жизни — во всех других случаях в силу Конституции она была исключена из уголовного закона.

В то же время сама модальность ч. 2 комментируемой статьи, не обязывающей, а лишь в исключительных случаях допускающей при определенных процессуальных гарантиях — не созданных еще — возможность такой меры наказания, означает, что отказ от нее теперь в отсутствие таких гарантий является реальностью. Сохранение же смертной казни в качестве меры наказания, напротив, нереально без предоставления обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, т.е. без соблюдения введенных Конституцией дополнительных условий. На момент принятия Конституции суд присяжных, вводившийся поэтапно, был учрежден лишь в 10 субъектах РФ, и, следовательно, это условие не могло считаться уже выполненным. При таких обстоятельствах от законодателя требовалось больше усилий для того, чтобы сохранить смертную казнь, обеспечивая соблюдение при этом процессуальных конституционных гарантий. По существу, вынесение приговоров с назначением такого наказания с момента принятия Конституции являлось ее нарушением.

С точки зрения неотъемлемого права на жизнь и запрета ограничения этого права (см. выше) смертная казнь ни в каких случаях не может быть адекватным наказанием, так как при самой тяжкой вине в момент назначения такого наказания судом оно больше не может рассматриваться как мера, которая обеспечивает предотвращение и абсолютно необходимую защиту от опасности для жизни. Цель наказания изобличенного преступника не может оправдать лишение его жизни, исходя из критериев правомерного применения насилия со стороны государства, сформулированных в международном гуманитарном праве.

2.2. Отмена смертной казни в России состоялась в соответствии с буквой и духом Конституции в рамках объективного конституционно-правового и международно-правового развития. В 1966 г. Россия вступила в Совет Европы, подписав Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, и приняла на себя обязательство в течение года подписать и в трехлетний срок ратифицировать также являющийся ее составной частью Протокол N 6 о запрете смертной казни, который внес существенные изменения в ст. 2 Конвенции, исключив для стран — участников этого международного договора возможность предусматривать в своем законодательстве смертную казнь за любые преступления, кроме совершенных во время войны или при неизбежной угрозе войны. Подписание данного Протокола и введение моратория на применение смертной казни в мирное время является одним из условий членства в Совете Европы и обычной его практикой при принятии новых членов.

Указом Президента РФ от 16.05.1996 N 724 Россия подтвердила эти свои намерения со ссылкой на то, что ст. 20 Конституции допускала применение смертной казни лишь временно, и в 1997 г. подписала Протокол N 6. При этом в соответствии с обязательствами РФ, взятыми ею при вступлении в Совет Европы, с августа 1996 г. (по распоряжению Президента) в России не исполнялись приговоры к смертной казни, а уже в июне 1999 г. Указом Президента были помилованы также все ранее осужденные к этой мере наказания (более 700 человек), которым смертная казнь была заменена на лишение свободы пожизненно или на неопределенный срок.

В 1999 г. мораторий на исполнение смертной казни дополнительно получил существенное конституционно-правовое обоснование в решении КС РФ. Исходя из временного, переходного характера конституционной нормы, допускавшей смертную казнь впредь до ее отмены лишь при предоставлении обвиняемому в особо тяжком преступлении против жизни права на рассмотрение его дела судом присяжных, и учитывая, что такие суды существуют и действуют лишь в 10 из 89 субъектов РФ, Конституционный Суд не мог не оценить отсутствие этой процессуальной предпосылки как исключающее применение наказания в виде смертной казни к любому лицу, в том числе и при рассмотрении его конкретного дела с участием присяжных, (Постановление от 02.02.1999 N 3-П*(181)). Иное противоречило бы принципу равенства перед законом и судом, требованию законного состава суда для каждого дела и могло бы привести к тому, что обеспечение права на справедливое правосудие перед законным судом дискриминировало бы тех, кому предоставлялась возможность воспользоваться судом с участием присяжных, в их конституционном праве на жизнь в сравнении с другими виновными в аналогичных же преступных деяниях.

В результате в Российской Федерации действуют два моратория на применение смертной казни, введенные Президентом и Конституционным Судом. Дальнейшее развитие в этом направлении предполагает принятие парламентом РФ — Федеральным Собранием — закона о ратификации Протокола N 6, проект которого был уже дважды отклонен нижней палатой парламента. Необходимо также внесение соответствующих изменений в УК, с тем чтобы уже не применяемая судами смертная казнь — как альтернативная мера наказания наряду с предусмотренными за те же деяния иными санкциями — была исключена из текста закона. Однако невнесение таких изменений в УК не означает, как нередко утверждают, что после введения судов присяжных на всей территории РФ (до 2010 г. отложено их образование в Чеченской Республике) применение смертной казни в России станет возможным.

Из ч. 1 ст. 17 и ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации во всяком случае вытекает, что законодатель в области прав человека не может принять регулирование, расходящееся с международно-правовыми нормами, и должен соблюдать также нормы действующей для Российской Федерации Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г., предусматривающей в ст. 18, что государство, подписавшее договор под условием его ратификации, также до ее совершения или официального отказа от договора, обязано воздерживаться от каких бы то ни было действий, которые лишали бы договор его предмета и цели. Названная обязанность возлагается на все органы государства, которые в данном случае после подписания Протокола N 6 не вправе — в нарушение Венской конвенции — рассматривать применение смертной казни как возможное де-юре или де-факто, поскольку это явно противоречит предмету и цели названного Протокола. Таким образом, запрет на применение смертной казни обоснован в правовом отношении самой Конституцией, а также действующими международными договорами РФ.

Мораторий на исполнение смертной казни является правоприменительным актом, основанным на Венской конвенции, с одной стороны, и на обязательствах РФ, которые закреплены в ее Конституции, — с другой. Следовательно, несмотря на то что Протокол N 6 не ратифицирован, суды не вправе применять смертную казнь в соответствии с духом и буквой действующих для Российской Федерации международных договоров. Конечно, нератификация названного Протокола свидетельствует о том, что в России существуют проявляющиеся во всем мире опасные социальные и правовые заблуждения относительно смертной казни, для которых характерны ложные представления об эффективности жестоких наказаний в борьбе с преступностью или их значении для защиты жертв преступлений.

До сих пор в УК не внесены соответствующие изменения, и в его тексте по-прежнему среди возможных видов наказания фигурирует смертная казнь (ст. 44, 59), что повлекло включение в новый УПК дополнительных процедур для уголовных дел о преступлениях, с которыми УК связывает возможность применения смертной казни (например, требование единогласия при назначении ее судом). Направленность таких нововведений на гуманизацию процессуального регулирования не служит заменой конституционно-правовых обязанностей России по отмене смертной казни. Тем более что, согласно ст. 3 Протокола N 6, отступления от его положений не допускаются, а Совет Европы уже предупредил государства, не только являющиеся его членами, но и имеющие в нем статус наблюдателей, что они будут лишены своего статуса в этой организации, если не исключат практику применения смертной казни.

Право на жизнь

Право на жизнь провозглашается Конституцией РФ (ст. 20) и почти всеми конституциями стран мира как неотъемлемое право человека, охраняемое законом. Никто не может быть произвольно лишен жизни. Такая норма закреплена всеми международно-правовыми актами о правах человека: Всеобщей декларацией прав человека (ст. 3), Международным пактом о гражданских и политических правах (ст. 6), Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (п. 1 ст. 2). Конвенция, однако, допускает лишение жизни в результате «абсолютно необходимого применения силы: а) для защиты любого лица от противоправного насилия, Ь) для осуществления законного задержания или предотвращения побега лица, заключенного под стражу на законных основаниях, с) для подавления, в соответствии с законом, бунта или мятежа» (ч. 2 ст. 2). Признание этого права означает, что государство должно реально применять законодательство, которое квалифицирует как преступление преднамеренные убийства, совершенные и частными лицами, и сотрудниками государственных органов, действующими вне пределов их законных полномочий.

Во многих странах под углом зрения защиты права на жизнь рассматривается вопрос о защите абортов. Совет Европы (Европейская комиссия) указал, что признание за утробным плодом абсолютного права на жизнь противоречило бы содержанию и цели Конвенции о защите прав человека и основных свобод. При этом было отмечено, что государство может налагать определенные ограничения на право на аборт, не нарушая этим права на частную жизнь беременной женщины, гарантируемого ст. 8 Конвенции. Конвенция не декларирует начало жизни в момент зачатия, но отдельные государства, особенно те, которые находятся под влиянием католической церкви (Словакия, страны Латинской Америки), конституционно закрепили охрану жизни уже до рождения человека.

Конвенция о защите прав человека не закрепляет также каких-либо запретов эвтаназии. Ряд государств (Великобритания, Дания) приняли законы, допускающие лишение жизни неизлечимо больного человека при определенных условиях. Но в России такого закона нет, а постановлением Правительства РФ от 20 сентября 2012 г. установлены правила прекращения реанимационных мероприятий и определения момента смерти человека; моментом смерти человека является момент смерти его мозга, устанавливаемый консилиумом врачей, или его биологической смерти (необратимой гибели человека).

Федеральный закон «О временном запрете на клонирование человека» (в редакции от 29 марта 2010 г.) ввел временный запрет на клонирование [1] человека, исходя из принципов уважения человека, признания ценности личности, необходимости защиты прав и свобод человека и учитывая недостаточно изученные биологические и социальные последствия клонирования человека. Временный запрет введен до вступления в силу федерального закона, устанавливающего порядок использования технологий клонирования организмов в целях клонирования человека.

Право на жизнь прежде всего предполагает проведение государством миролюбивой внешней политики, исключающей войны и конфликты. Ряд государств (Япония и др.) провозгласили в конституциях отказ от воины, а также от применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров. Правовое государство обязано поддерживать обороноспособность страны на случай любых посягательств, но строго регламентирует использование регулярной армии на своей территории и за рубежом, поскольку это ведет к гибели как мирного населения, так и личного состава. Однако подобного рода специального упоминания в Конституции РФ нет.

В мирных условиях гарантии этого права не сводятся к запрещению убийства — это безоговорочно закрепляется уголовным кодексом каждой страны. Государство обязано организовать эффективную борьбу с преступностью, и особенно с террористическими акциями. Гарантиями права на жизнь служат системы здравоохранения, и в частности предупреждения детской смертности; охраны от несчастных случаев на производстве; профилактики дорожно-транспортных происшествий; пожарной безопасности и др. Например, ст. 34 Федерального закона «О пожарной безопасности» (в редакции от 28 мая 2017 г.) устанавливает: «Граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара».

Особое значение имеет вопрос о смертной казни. Смертная казнь — высшая мера уголовного наказания, состоящая в лишении человека жизни. Такое наказание допускается конституциями или законами ряда стран как мера исключительная и применяемая только по приговору суда. Однако в большинстве демократических стран (Австрия, Германия, Дания, Италия, Швеция, страны Латинской Америки и др.) смертная казнь отменена. В Международном пакте о гражданских и политических правах (ст. 6) указывается, что в странах, которые не отменили смертную казнь, смертные приговоры могут выноситься только за самые тяжкие преступления в соответствии с законом и лишь во исполнение окончательного приговора, вынесенного компетентным судом. Каждый, кто приговорен к смертной казни, имеет право просить о помиловании или о смягчении приговора. Смертный приговор не выносится за преступления, совершенные лицами моложе 18 лет, и не приводится в исполнение в отношении беременных женщин. Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Протокол № 6) установила: «Смертная казнь отменяется. Никто не может быть приговорен к смертной казни или казнен». Конвенция допускала возможность введения смертной казни по закону за деяния, совершенные во время войны или при неизбежной угрозе войны, но Протокол № 13 (начал действовать с 1 июля 2003 г.) это допущение устранил.

При разработке Конституции РФ некоторые общественные и религиозные организации настаивали на конституционном запрещении смертной казни, как это сделано в ряде стран. Религиозный подход основывается на недопустимости вмешательства людей в исключительное право Бога как давать жизнь, так и отбирать ее у человека. В полной мере эти общедемократические соображения не были восприняты, но перспектива отмены смертной казни в Конституции все же обозначена («впредь до ее отмены»). В то же время введено несколько гарантий против ее произвольного применения:

  • 1) смертная казнь должна устанавливаться только федеральным законом;
  • 2) смертная казнь должна рассматриваться как исключительная мера наказания, т. е. иметь альтернативу в виде лишения свободы на определенный срок, с тем чтобы суд всегда имел возможность выбора меры наказания;
  • 3) смертная казнь может применяться только за особо тяжкие преступления против жизни (т. е. в отношении лиц, совершивших умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, за террористические акции и бандитизм, если они привели к гибели людей);
  • 4) при угрозе применения смертной казни обвиняемый имеет право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Эти гарантии отражают гуманный характер правосудия и призваны исключить опасность непоправимой судебной ошибки.

В связи со вступлением России в Совет Европы перед ней встал вопрос об отмене смертной казни. Россия подписала Протокол № 6, но не ратифицировала его. В условиях роста преступности все органы государственной власти пришли к выводу о невозможности немедленной отмены этой меры наказания и осуществлении поэтапного сокращения ее применения. Президент РФ издал Указ «О поэтапном сокращении применения смертной казни в связи с вхождением России в Совет Европы» от 16 мая 1996 г., который рассматривается как основа для введения моратория на исполнение приговоров о смертной казни. В Уголовном кодексе РФ, вступившем в силу с 1 января 1997 г., составы преступления, предусматривающие смертную казнь, были сокращены с 28 до 5 (умышленное убийство, террористический акт и др.). Смертная казнь по ряду составов преступления заменена пожизненным заключением.

Однако все эти меры не устранили неравенства граждан, в отношении которых смертные приговоры выносились в одних случаях судом присяжных, как это четко требует ст. 20 Конституции РФ, а в других — судами без привлечения суда присяжных. Неравенство возникает из-за того, что суды присяжных долгое время действовали только в девяти субъектах РФ.

В связи с этим Конституционный Суд РФ в постановлении от 2 февраля 1999 г. обратил внимание Федерального Собрания на то, что после принятия в 1993 г. Конституции оно располагало достаточным временем для выполнения предписаний ст. 20, и признал, что «с момента вступления в силу настоящего постановления и до введения в действие соответствующего федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, наказание в виде смертной казни назначаться не может независимо от того, рассматривается ли дело судом с участием присяжных заседателей, коллегией в составе трех профессиональных судей или судом в составе судьи и двух народных заседателей».

Следовательно, это положение должно было действовать до учреждения судов с участием присяжных во всех субъектах РФ. Долгое время их не было только в Чеченской Республике, но они были созданы там к 1 января 2010 г. в соответствии с Федеральным законом «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации».

После 1 января 2010 г. это условие утратило силу, и вопрос снова встал перед Конституционным Судом РФ, который в постановлении от 19 ноября 2009 г. указал, что введение суда присяжных не открывает возможность применения смертной казни, в том числе по обвинительному приговору, вынесенному на основании вердикта присяжных заседателей. Основанием для такого вывода послужило то обстоятельство, что «в результате длительного моратория на применение смертной казни сформировались устойчивые гарантии права человека не быть подвергнутым смертной казни и сложился конституционно-правовой режим, в рамках которого — с учетом международно-правовой тенденции и обязательств, взятых на себя Российской Федерацией, — происходит необратимый процесс, направленный на отмену смертной казни как исключительной меры наказания, носящей временный характер и допускаемой лишь в течение определенного переходного периода».

Статья написана по материалам сайтов: studopedia.info, constrf.ru, studref.com.

»

Это интересно:  Право на пенсию конституция рф
Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock
detector